Карнавалы Санкт - Петербурга

Всякий раз, когда слышишь слово "карнавал", первое, что приходит в голову - веселый
праздник и второе – Венеция. Комедия дель арте, подарившая миру всех этих
замечательных персонажей - Арлекина, Пьеро, Коломбину, Пульчинеллу и Доктора, -
зародилась в Италии. А именно в Венеции, на площади Св. Марка буйная комическая
вакханалия достигла своего апогея. Но есть еще один странный и фантастический город
– Санкт-Петербург. Город, который часто называют Северной Венецией.
Город, давший начало самым досконально продуманным карнавалам и шутовским
процессиям в долгой истории карнавала. Внешне Петербург во многом схож с Венецией -
многочисленные каналы, величественные дворцы, замысловатая барочная архитектура -
и именно здесь, в Русской Венеции, праздничный карнавальный дух России нашел свое
самое яркое воплощение.
Русская карнавальная традиция уходит корнями в историю Древней Руси. Она началась с
сурово преследовавшихся церковью скоморохов, уличных танцоров, шутов и певцов, и
достигла расцвета в эпоху царствования Петра I с его потешными баталиями,
процессиями и празднествами. Власти не оставляли в покое скоморохов из-за того,
что частушки и дурачества были полны политических намеков, направленных против
церкви, бояр, а иногда и против самого верховного правителя.
Внимательный зритель обязательно заметит в моем "Карнавале в Санкт-Петербурге"
некоторую долю политического протеста и даже цинизма - следствие моего опыта жизни
в Советском Союзе.
Петр I лично планировал шутовские процессии и давал участникам детальнейшие
инструкции: кто должен ехать на свинье, а кто - на медведе, кто должен дуть в трубу, а
кто - в рожок. Участвовать в карнавальных процессиях обязаны были все. Именно эти
невероятные, сумасшедшие празднества стали вдохновением для моей Карнавальной
серии, над которой я работаю уже много лет.
На огромных просторах Российской земли можно увидеть множество лиц и
национальностей. И хоть как внешне, так и своими обычаями они не похожи друг на
друга, но живут они рядом. Так на моем Карнавале вы можете увидеть Монгола со
свиным рылом, пляшущего рядом с отважным казаком, возле которого тонконогий
француз глядит в удивлении на уродца из петровской Кунсткамеры, крутящегося
волчком на пупке.
Внимательно изучив причудливые маски Африки, Океании и древней Мексики, я
выяснил, что своими носами, гримасами и формами они поразительно напоминают
маски комедии дель арте и скоморохов Древней Руси.
Исследование амфибий, жуков, лягушек и работ Гранвиля помогло мне увидеть их
сходство с шутовскими человеческими персонажами. Таким образом, в вихре моих
карнавалов сплелись татары и казаки, австралийские аборигены и петрушки, бабочки и
пауки. Добавьте к этому нашу безумную молодость, нашу сюрреалистическую жизнь, и
вы получите источник моей Карнавальной серии.

Из Альбома "Михаил Шемякин", том II